Почему Россия не может наладить переработку древесины

Вместо «кругляка» — доски, мебель и дома

«Час икс» наступил 1 января 2022 г. Теперь из России запрещено вывозить необработанную древесину хвойных и ценных лиственных пород (дуб, бук, ясень). Также введены повышенные ставки на экспорт влажных и крупных (толщина-ширина не больше 10 см) лесоматериалов, чтобы под их видом за границу не уходил «кругляк». Цель реформы благая — наша страна, которая владеет пятой частью мировых лесных запасов, должна наконец хорошо зарабатывать на них, а не гнать сырьё за границу. Из леса надо делать товары более глубокой переработки (доски, плиты, целлюлозу, бумагу, мебель, дома), которыми можно и внутренний рынок насытить, и на экспорт продать.

«Сейчас для этого сложилась выгодная ситуация, — считает гендиректор компании Lesprom Network Алексей Богатырёв. — В мире растёт спрос на деревянное домостроение, низких цен на древесину больше не будет. Потребление огромное, а предложение ограничено. У Канады, которая являлась главным поставщиком США, своим лесопилкам хорошего сырья не хватает. Шведы и немцы нарастили свои поставки в Америку, но и они на пределе. Так что США для нас — перспективный рынок. И Китай по-прежнему остаётся главным потребителем наших лесоматериалов (65 % рынка досок — из РФ). В прошлом году из-за политического спора китайцы перестали покупать круглый лес в Австралии, в этом году не получат его из России. Но меньше в Китае строить не станут, поэтому вместо леса начнут покупать у нас стройматериалы».

Получает ли госкредиты русский Ваня?

Но готова ли наша промышленность к переработке? «Повернуть вспять такую гигантскую телегу за столь короткий срок невозможно, — считает зампредседателя Комитета по предпринимательству в ЛПК Торгово-промышленной палаты РФ Олег Нумеров. — Лес срубили, а чем будем его обрабатывать? Топором? Недавно был на знаменитом когда-то Даниловском заводе по производству лесопильного оборудования — одни пенсионеры работают, корпуса закрыты. Для организации переработки нужны станки, трудовые ресурсы, инвестиции. Конечно, помогает Фонд развития промышленности (ФРП). Но все ли компании могут получить льготные займы? Мы задавали вопрос на заседании в Совете Федерации, есть ли приоритетное отношение к отечественным предприятиям. Нет. При этом у «дочки» какой-нибудь мощной иностранной фирмы, которая может идеально подготовить документы, даже больше шансов получить господдержку, чем у русского Вани, который вышел из леса и коряво оформил заявку. Почему так получается? Опять же многие проекты обсуждаются точечно, без учёта целостности развития ЛПК страны. Поэтому в одних регионах с переработкой получается густо, в других — пусто».

Почему китайцы могут, а мы — нет?

Если в европейской части страны переработка более-менее налажена, то этого не скажешь про Сибирь и Дальний Восток. А ведь именно оттуда в основном и вывозился круглый лес. Появились ли там новые производства?

«О чём вы говорите? — удивился председатель ассоциации «Дальэкспортлес» Александр Сидоренко. — Требования к индустриализации Дальнего Востока появились ещё в 2007 г., но за 15 лет не было построено ни одного километра линий электропередачи, ни одного километра железных дорог. Сеть автодорог в разы меньше на душу населения, чем в европейской части. От Комсомольска-на-Амуре до Николаевска-на-Амуре (а это 1500 км) нет ни ЛЭП, ни ж/д. Какой бизнес осилит их строительство?! Маленькие посёлки в тайге обеспечиваются дизельными электростанциями. Да распиленная там доска будет золотой по себестоимости! На границе Гродеково — Суйфэньхэ со стороны Китая на месте посёлка за считаные годы вырос настоящий центр переработки древесины, потому что в него ежегодно инвестировали 200 млн долл. У нас есть такое? Нет. Поэтому имеем то, что имеем: лес вывозить запретили, а переработки нет. И её организация усложнилась. Одна из местных компаний заказала сушильные камеры в феврале 2021-го. По контракту их привезут в марте 2022-го, а работать предприятие начнёт только в октябре, когда введёт в эксплуатацию упаковочную линию. В нашу ассоциацию входят предприятия Амурской, Иркутской обл., Приморского, Хабаровского краёв. С нового года телефон разрывается, все спрашивают, что делать хотя бы с тонкомерной древесиной, которую нельзя переработать. А что тут ответишь. Пусть тайга растёт, животные размножаются. А люди... Увы, они у нас в Красную книгу не занесены».

QR-код для деревяшки

Ещё одно новшество, которое появилось с 1 января, — цифровизация ЛПК. Теперь лес можно перевозить только после создания в программе ЛесЕГАИС электронного сопроводительного документа (раньше выписывали бумажный). Прямо на делянке (указываются координаты места) водитель лесовоза должен вбить, сколько и какого леса он везёт, и получить QR-код. В идеале у каждого срубленного в стране бревна должен появиться свой цифровой след, который ведёт от леса до места переработки или дальше до экспорта.

Тестирование новой системы началось в конце декабря и сразу показало множество недоделок. Отрасль просила перенести запуск на полгода, но программу всё-таки запустили.

«Люди столкнулись с огромным количеством трудностей, — рассказывает председатель комитета Архангельского облсобрания депутатов по ЛПК, природопользованию и экологии Александр Дятлов. — Система постоянно зависала, оформить документы на делянке оказалось невозможно, и Рослесхоз разрешил это делать по старинке в офисах... Надо отдать должное, глава ведомства все новогодние каникулы лично отвечал на вопросы лесников по «горячим линиям», организованным в соцсетях. А их были тысячи. Например, совсем не подумали про дровяную древесину. Если машину дров привезли на котельную, там должны «погасить» QR-код. Значит, работники котельных тоже должны зарегистрироваться в ЛесЕГАИС, о чём они даже не подозревали. При этом у многих людей кнопочные телефоны, их ещё надо снабдить смартфонами. «Я три раза пытался забить данные, всё слетело, плюнул и поехал. Мне же зарплату надо получать», — говорят водители лесовозов. При этом за перевозку леса без электронных документов предпринимателям грозят штрафы по 400 тыс. руб. за каждую машину. Пока о массовых наказаниях не слышно, потому что сотрудники ГАИ, которые должны проверять QR-коды, сами столкнулись с похожими проблемами. Кто-то из них фотографирует код, чтобы проверить позже, — штраф можно выписать в течение года. Вот так лесники и проверяющие органы по всей стране в авральном режиме пытаются освоить новую систему. Представляете масштаб бедствия? Программа постоянно дорабатывается, выходит, наверное, уже 70-е обновление. В общем, начало года для работников отрасли выдалось очень «весёлым».

Источник